Про осьминогов и людей

Лучшим фильмом пока является новая работа Кена Лоуча «Я, Дэниэл Блейк».

На Каннском фестивале столкнулись две взаимоисключающие тенденции

Лучшим фильмом пока является новая работа Кена Лоуча «Я, Дэниэл Блейк» (I, Daniel Blake). Пока румынские и французские кинорежиссеры в представленных в конкурсе фильмах выеживаются каждый на свой лад, этот старый английский мастер просто делает дело. Снимает кино про людей. Так, что они становятся близкими. Так что их незапоминающиеся лица потом не забудешь. Все его фильмы — про труд и людей труда, про их солидарность, достоинство и взаимопомощь. Главный герой новой картины — простой трудяга, чье имя вынесено в название, ему под 60, он пережил инфаркт и впервые в жизни попросил помощи у государства. А оно заставило его ходить на курсы составления резюме и заполнять десятки анкет в интернете, который он увидел впервые в жизни. Теряющий на глазах все, что составляло его жизнь, умудрившийся за всю жизнь не заработать себе на пенсию работяга, тем не менее, находит в себе силы помогать той, кому, по его мнению, еще хуже. Молодой матери двоих детей, падающей в обморок от недоедания в пункте благотворительной выдачи продуктов. В пересказе от этого сюжета веет сентиментальностью и соцреализмом, но в картине Лоуча нет ни одной нотки фальши, а все персонажи, от первого до последнего, выглядят не актерами, а абсолютно живыми людьми. Поэтому неудивительно, что циничный каннский зал рыдает в голос на этой простой истории.

На противоположном фланге в качестве глянцевитого и пустого мейнстрима с полным отсутствием человеческих лиц удобно раскинулась в расчетливо (чтобы, не дай Бог, не оттолкнуть посетителей корейских мультиплексов) вызывающей позе «Служанка» (The Handmaiden) Парк Чан-вука. Это старательное упражнение в жанре эротического ретро-триллера, прописанное во времени японской оккупации Кореи.

Фильм «Служанка» — старательное упражнение в жанре эротического ретро-триллера, прописанное во времени японской оккупации Кореи.

Нашедшие друг друга ловкачи — он и она — вступают в заговор с целью охмурения богатой японки, завладения её богатствами и последующей отправки её в психушку. У этой сложно рассказанной (с точки зрения каждого из трёх героев) простой истории, в конце каждого из трех актов есть, как в учебнике, «неожиданный поворот». Особенный восторг у эротоманов вызывает то обстоятельство, что, вместо того, чтобы смертельно конфликтовать, служанка и ее госпожа вступают в сладострастную лесбийскую связь (эпизоды их любовных игрищ гламурной фальшивостью напоминают видеоприложение к журналу «Плэйбой»). Разрушая все коварные планы мужчины и подминая его под себя, что в азиатской традиции, говорят, страшно революционно. Хотя, например, проказница Сада в «Империи чувств» уже когда вертела мужчину на том органе, который сама же у него и отрезала. И все-таки восторженные поклонники говорят, Чан-вук снял феминистский манифест. Можно его с этим поздравить, только кино от этого лучше не становится. В единственном кадре, напоминающем о былой энергетике автора «Олдбоя», зловеще шевелится осьминог, но развития этот волнующий образ, к сожалению, не получает.

Источник

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика